Бандитский кооператив

Владимир Кожучков говорил семье, что трудится на заготовках и продаже леса, собирался на работу и уходил. Потом приходил и приносил деньги. Иногда немалые. А как же, гнать лес в Китай — прибыльное дело! Особенно если работаешь бригадой и имеешь солидные объёмы. На самом деле в 2002 году иркутянин Кожучков вместе со своими молодыми друзьями организовал настоящую «фирму», в которой было чёткое распределение обязанностей и настоящая трудовая дисциплина. «Рабочих» дней за восемь месяцев набралось шесть. Именно столько времени в Иркутске существовала банда Кожучкова. Как отметил судья Иркутского областного суда Геннадий Коровкин, этот «кооператив» был нацелен исключительно на «зарабатывание» денег.

 № 1 из 1 - купить фото

Синюшина гора стала малой родиной банды Кожучкова

Автор фото: Николай БРИЛЬ

Братья Кузнецовы жили на Синюшиной горе, учились в СПТУ-67, где характеризовались положительно. Но едва ли они мечтали овладеть рабочей специальностью и честно трудиться до старости. Младший, Олег, ранее был судим по трём статьям Уголовного кодекса РФ — за кражу, угон чужого автомобиля, похищение документов, штампов и печатей. Старший, Сергей, официальной судимости не имел, но его подозревали в причастности к ряду аналогичных преступлений. На момент встречи с Кожучковым братьям было соответственно 18 и 19 лет. 

Зимой 2002 года Кузнецовы познакомились с настоящим «мужиком» — Владимиром Кожучковым, который, кстати, жил в том же районе. Братьям нравилось встречаться с Кожучковым, он был их старше почти на 30 лет, но обращался с ними не как с малолетками. Периодически подвозил братьев на своей машине, рассказывал о своей прошлой спортивной жизни, полной ярких боёв на ринге. Кожучков в своё время был неплохим боксёром, потом работал тренером детско-юношеской спортивной школы «Локомотив», в последнее время таксовал. И когда Вова (как называли его братья) предложил им начать «зарабатывать» деньги разбойными нападениями, они согласились.  В марте этого же года Кожучков вовлёк в банду 19-летнего Максима Таранова, который также жил на Синюшке и работал на масложиркомбинате. Владимир Кожучков знал, как обращаться с молодёжью. Так и состоялось, выражаясь языком Трудового кодекса РФ, заключение трудового договора. Пора было приступать к настоящему «делу».

Штабом новоиспечённой банды стала квартира братьев, постольку у Кожучкова была семья, беспокоить которую он не собирался, так как слыл крепким семьянином, воспитывал детей. Для начала будущие бандиты сформировали арсенал. Где главарь взял два обреза охотничьих гладкоствольных ружей, так и не установили. Эти обрезы Кожучков хранил  в  металлическом гараже тут же, на Синюшиной горе, откуда  забирал их непосредственно перед нападением. Потом один из братьев принёс газовый револьвер «Iceberg GR 207», другой — газобалонный пневматический пистолет  марки «Grosman». Чуть позже главарь добыл кинжал, изготовленный в одной шиномонтажной мастерской. 

Разумеется, находил места будущих ограблений и продумывал план сам Кожучков. Банда наведывалась в банки, в компании, занимающиеся скупкой цветного металла, на автозаправку – в этих местах деньги водились всегда. Обычно главарь заранее «прощупывал почву», выведывая информацию о наличии денег. Сам играл активную роль во всех нападениях. Кожучков всегда первым проникал в помещение с оружием в руках, требовал деньги (для того чтобы потерпевшие не узнали его голос, засовывал в рот боксёрскую «капу», обычно применяемую для защиты зубов во время боя). Частенько бил жертв. 

«Трудовые» обязанности в банде распределял тоже главарь. Братья были основной ударной силой. Олег во время разбойных нападений часто стоял «на шухере», разумеется, приходилось ему и забирать награбленное. А осенью он взял в руки оружие для подавления возможного сопротивления со стороны потерпевших. Сергей обеспечивал безопасность совершения преступлений, подавляя в случае необходимости сопротивление. На Таранова возлагалась обязанность найти машину с водителем, перед налётом разведать внутреннюю обстановку и количество работающих сотрудников в избранной для нападения организации. Кроме того, он на месте преступления обычно перерезал ножом телефонный провод, чтобы после ухода организованной вооружённой группы потерпевшие не могли позвонить в милицию. Разумеется, периодически роли варьировались.

Судья Геннадий Коровкин отметил, что дисциплину бывший спортсмен Кожучков установил твёрдую, трудовую: в банде не было пьянок-гулянок, между её членами не существовало 

такой жёсткости, как в обычной банде. В организованных группировках расписывались кровью в своеобразном «кодексе чести», потом закапывали бумагу в землю, а отступление от норм каралось страшно — вплоть до смерти. В «кооперативе» Кожучкова, похоже, не нашлось места для блатной романтики и воровских идеалов. Характерный момент: ни у кого не было кличек, братья Кузнецовы звали старшего товарища незамысловато — Вовой. С организованной преступностью, воровскими авторитетами Иркутска или региона банду Кожучкова ничего не связывало. Люди просто собрались вместе заколотить деньжат. 

Потекли «трудовые будни». Перед первым налётом Кожучков дал Таранову поручение найти машину с водителем. Им стал сторож одной частной компании П., у которого была собственная «Тойота-Церес». 28 марта к воротам ОАО «Сухоложский завод вторичных цветных металлов», расположенного по улице Воронежской, среди белого дня подъехала иномарка, в которой находились четверо молодых парней и взрослый мужик. Легенда была придумана соответствующая — в багажнике машины лежала медь, которую налётчики якобы планировали сдать в утиль. Ранее Кожучков уже был на предприятии и заметил, что рядом с кассой находится  помещение, в котором сидит охранник. Его-то и решили обезвредить первым.

Окончание в следующем номере.