Здравствуй, читатель!

 № 1 из 1

Под такой рубрикой на протяжении нескольких лет в нашей газете  выходила моя авторская колонка. В противовес расхожим представлениям о том, что газета живёт один день, мне хотелось, чтобы читатель видел в этих небольших эссе не только актуальную реакцию на современные ему события, исторические аналогии, но и эмоциональные выводы, если нужно, с «гневом и пристрастием». Судя по тому, что я стал получать ответные эмоции, очень часто позитивные, но, бывало, и остро оппонирующие авторской позиции, поставленных перед собой целей я достиг. По большому счёту, задача любой публицистики – не оставить читателя равнодушным, а вовсе не добиться полного мировоззренческого единения с автором.

Людям, зарабатывающим на жизнь интеллектуальным трудом, обычно не свойственна самокритичность. Не думаю, что это самое большое достоинство и автора этих строк. Но на определённом этапе я посчитал необходимым закрыть авторскую рубрику, и не потому, что мне больше нечего сказать, а потому, что беспрерывный монолог обречён на навязчивость. И удовольствие от взятой паузы я испытываю не меньшее, чем от еженедельной подготовки очередной колонки.

Проходило время, а мне по-прежнему настойчиво напоминали об этой работе. Поверьте, в решении издать эту книжку – минимум авторского тщеславия и максимум уважения к тем, кто потребовал от меня перечитать собственные заметки и согласиться с выводом о том, что нужно собрать их под одним переплётом. Я перечитал. И согласился.

Книга не становится книгой только потому, что она отвечает неким формальным требованиям. В ней должно быть что-то большее. В данном случае, на мой пристрастный взгляд, сборник газетной публицистики обрёл новое качество под влиянием редактора книги Ольги Арбатской и художника Юлии Ружниковой. Фактически они – соавторы. В силу чего и ответственности за результат им не избежать.

У Бабеля когда-то проскочило выражение «Замечания из жизни». Поскольку в заголовки произведений классика оно не попало, а честно процитировать – не значит украсть, я со спокойной душой дал книге такое название.